Большое сердце

Из гостиной доносился высокий, визгливый звук фрезера — Кристина обрабатывала ногти очередной клиентке. К звуку примешивался резкий запах акрила, который пробивался даже через закрытую дверь. Светлана сидела за кухонным столом с ноутбуком и пыталась сосредоточиться на чертеже вентиляции для нового торгового центра. На экране всё плыло. —Антон, ну сколько это может продолжаться? — спросила она мужа, который лежал на диване в спальне с телефоном. — Мне проект сдавать послезавтра. Я ничего не понимаю, у меня голова раскалывается...

Квартиру на окраине города Алевтина купила через полгода после того, как не стало матери. Она осталась одна в двадцать девять лет с домом в деревне, который ей был не нужен, и с желанием начать жизнь заново — подальше от всего, что напоминало ей о прошлой жизни. Она продала дом, добавила свои накопления, взяла кредит. Получилась сумма на небольшую двушку в спальном районе. Через год Аля встретила Никиту. Они знали друг друга с детства — из одной деревни, из одной школы. Он уехал в город раньше, устроился на стройку, жил в общежитии...

Ксения возвращалась домой поздно. Каждый раз, открывая дверь, всё внутри сжималось. Дома её ждал Виталий. —Опять в этом? — встречал он её в прихожей, окидывая взглядом потёртые джинсы и серый свитер, в котором она ходила на работу. — Сколько можно, как старуха какая-то. Что, трудно одеться нормально. —Витя, ну что ты опять. Это же просто повседневная одежда. —Просто одежда? А для кого я, по-твоему, стараюсь? Для кого деньги зарабатываю? Чтобы жена ходила в тряпье? Вон, мать, твоя свекровь никогда бы себе не позволила при муже в таком ходить...

Антонина вышла замуж в двадцать девять. Поздно, по меркам их небольшого города. Георгий был солидным мужчиной, работал на стройке прорабом, квартиру имел, машину, руки из нужного места росли. Она думала, что с ним будет спокойно. Надёжно. Предсказуемо. Предсказуемость оказалась другого сорта. Людмила, сестра Георгия, появилась в их жизни сразу после свадьбы. Высокая, стройная, с двумя мальчишками-погодками. Муж у неё был какой-то невидимый — то ли в командировках постоянно пропадал, то ли ругались они часто...

Каждое первое число месяца происходило одно и то же. Кирилл садился за стол, открывал приложение банка и переводил матери двенадцать тысяч рублей. —Может, в этом месяце поменьше? — осторожно спрашивала Лиза...

Ольга приезжала всегда с подарками. Не просто так, с коробкой конфет или бутылкой вина, а с подарками обдуманными, значимыми. Племяннику Мише — развивающие игры, свекрови — дорогой плед, Ивану — набор рыболовных приманок в красивом кейсе. Кристине — книгу по кулинарии от известного шеф-повара. С улыбкой, ласково, глядя прямо в глаза: —Держи, Кристиночка. Тут такие рецепты, пальчики оближешь. Я уже пробовала, получается с первого раза. Кристина брала книгу, благодарила и уносила на полку. К кулинарным книгам Ольги она давно привыкла...

Зинаида Прохоровна проработала тридцать лет на заводе, сначала мастером, потом старшим мастером, привычка к порядку и подчинению въелась в кровь. Дома она тоже строила всех: мужа, пока был жив, сына Сашу, а теперь и его семью. Саша вырос тихим, покладистым, к маминому голосу привык с детства. Возражать не умел, не хотел, да и зачем, если мама всегда знала лучше? Катя появилась в их доме семь лет назад, тоненькая, светловолосая, с тихим голосом и улыбчивыми глазами. Зинаида Прохоровна сразу её невзлюбила...

Дом на окраине достался Анне и Сергею пять лет назад, когда родители Сергея переехали в город поближе к дочери. Обжитой, добротный, бревенчатый, с резными наличниками. Анна полюбила его с первого взгляда. В нём было что-то настоящее, основательное, не то что в их съёмной однушке с влажными от сырости углами. Она тогда ещё работала в бухгалтерии на ткацкой фабрике, денег особо не было, но когда Сергей сказал: «Будем здесь жить», она обрадовалась. — Только ремонт небольшой нужен, — добавил он. — Самим придётся, на наёмных не напасёшься...

Тамара собирала сумку с вечера пятницы. Рабочая одежда, резиновые сапоги, бутерброды, термос с чаем. Утром субботы Геннадий заводил старенькую «Ниву», и они ехали за город, в деревню, к матери. Так было каждые выходные уже восемь лет с начала их брака. Геннадий работал водителем на автобусе, смены тяжёлые, но для матери у него всегда находились силы. Тамара смотрела, как он с утра до вечера копает огород, чинит забор, латает крышу сарая, и молчала. Она помогала чем могла — полола грядки, мыла окна, перебирала вещи в кладовке...

Эта квартира им досталась три года назад, когда Денис получил наследство от деда. Трёшка в хорошем районе, с высокими потолками и большими окнами, выходящими во двор, где росли старые липы. Катя только вышла за него замуж и не верила своему счастью. Медсестра в городской больнице, она привыкла к съёмным углам, к тесноте, к вечному ожиданию, что хозяева попросят съехать. А тут — своё. Просторно, светло, чисто. Жизнь налаживалась. И даже свекровь, Галина Ивановна, которая поначалу косилась на невестку, постепенно оттаяла...

Отец Екатерины строил этот дом своими руками, вбивал каждый гвоздь, подгонял каждую раму. Катя помнила, как пахло смолой от новых брёвен, как отец возился с фундаментом, как сажал яблони — те самые, которые теперь каждую осень гнулись под тяжестью плодов. Здесь они вдвоём любили пить чай на веранде под шум дождя. Когда отца не стало, дача осталась единственным местом, где Екатерина чувствовала его присутствие. Она приезжала сюда каждые выходные, топила печку, сидела в старом кресле, пересматривала фотографии с ним...

Светлана возвращалась с работы в половине девятого вечера. В стоматологии, где она работала администратором, день выдался тяжёлый — плотная запись, нервные пациенты, под конец дня сломалась кофемашина, и пришлось ходить за кофе в соседний офис. В маршрутке она задремала, прислонившись к холодному стеклу, и проснулась только на своей остановке. Роман, её муж, преподавал на филфаке университета, писал докторскую. Кандидатскую защитил лет пять назад. Светлана всегда гордилась им. Когда они познакомились, он рассказывал про Блока, про Ахматову, про античную литературу, она обожала его слушать...